В работе «Человек и машина» Бердяев пытается сопоставить эсхатологическую и техническую недостатковатики, рассматривая технику как «освобождающее дух человека начало». Его видение простирает свой взор в предстоящее, где человек через духовную доминанту возвысится снова над своим творением, подчинив его во благо человечеству.

Бердяев выделяет три этапы в человеческой культуре: природно-органическую, культурную, технически машинную, где он сжато описывает каждую из них на основании истории, а также предоставляет сравнительную характеристику «организма» и «механизма» как противостоящих кореш другу субъекта и объекта и их взаимное воздействие и трагедию противоборства.

В своей работе он ведет следующие доводы.

В его статье «Человек и машина» выделяется идея сравнения «органического» и «технического». Это сравнение он ведет еле-еле ли ни с первых строк, где сравнивает предыдущую организацию общества и новую, оснащенную техникой. Прежний индивид был ближе к природе, а означает, по мнению Бердяева, и ближе к духовности. Существовала непосредственная связь человека и природы. Возникновение машин во многом облегчило труд людей, они получили немалую свободу и сделали минимальными издержки физического труда. Но это же обстоятельство коренным образом подействовало не лишь на их быт, организацию труда, но также и на их мышление и мироощущение.

Недопустимо недооценивать перспектив техники и ее безусловного влияния на организацию нашей действительности. Жизнь с машинами стала значительно проще, они во многом облегчили наш труд. Но Бердяев заостряет недостаткову именно на власти технизации. «Техника перестает быть нейтральной…»[1] И в данном смысле она представляет опасную взаимосвязь для человека. Бердяев говорит, что техника убивает, поглощает душу, она безжалостна к человеку, наше сознание становится прикованным к техническому и рациональному. Технику не интересует душа, это сфера механизмов, действительность машин. Без сомнения, она привносит в нашу жизнь комфорт, но она же и оказывает влияние на наше бытие, занимая лидирующее положение в нашем образе мышления, что оказывает влияние на нашу душу.

Глобализм не может не формировать новой действительности, где человек становится богом для себя и для космоса. Пустота духа компенсируется властью изобретательности, где живет новая вселенная людских достижений.

Бердяев говорит еще об одной задаче - опасности повиновения сферы науки и ее открытий, что взаимоувязано с техникой некой, небольшой группой людей, заинтересованных в их проектах воплощений научных открытий, что так же вовсе не утопично, а, напротив, может быть очень реальным.

В связи с данным Бердяев говорит о сторонниках и противниках «усовершенствования жизни» благодаря технике. Разглядывают технику как нечто нейтральное и равнодушное, объявляя ее делом инженеров, другие же «переживают технику апокалиптически чувствуя кошмар перед ее повышающейся мощью над человеческой жизнью, видя в ней тождество духа антихриста. Похожее отношение к технике исходит из того простого принципа, в соответствии которому «все, что не нравится, все что разрушает привычное, объпредставляет собой злом». Но Бердяев, как мудрец выступает именно против экспансии техники в сегодняшнем обществе. Можно сколько угодно говорить на эту тематику, но, несомненно, техника помогает достигать наибольшего результата при наименьших затратах, это факт, с которым недопустимо не согласиться.

Бердяев использует следующие типы аргументов:

- доводы к безличному авторитету.

- доводы к авторитету.

- доводы к логической возможности.

Для этого текста можно представить следующие главные слова: глобализация, человек, машина, техника, наука.

В связи с прочитанным текстом встают следующие вопросы.

- Человек свободен и призван к активности, его действительность, как и его судьба, находится в зависимости лишь от него?

- Представляет собой ли человек существом духовным, в своей погоне за удобством, за прибавочным продуктом, он забыл о том, кто он имеется, каковы основания его существования?

- Решает ли техника духовные проблемы?

- Но представляет собой ли она причиной?

На мой взор, Бердяев, возможностььно, хотел примирить две реальности «техническую» и «органическую». Конечно же, т.к. техника является творением человека, она не может выступать причиной духовных проблем человечества. В них человек повинен сам. Но техника может коренным образом оказать влияние на сознание масс, и по причине незащищенности человека от глобальности проблем он имеет то, что он имеет. В его воле изменение реальности. Коль Бог скончался, как утверждал Ницше, Сартр и некоторые другие, вся ответственность лежит на человеке, другое дело, что данный груз ему не по силам.

Бердяев рекомендует выход из данной проблемы, предвидя предстоящие превращения; он верит, что дух подчинит царство машин на благо человечеству, но человеку придется обратиться в интроспекцию, дабы снова обрести свое духовное начало. Лишь это может спасти его и освободить от зависимости машин.

Можно осуществить вывод о том, что техника будет снова подчинена человеку. В данном выделяется ностальгия об утерянном рае, что отвечает христианскому видению Бердяева. Мечта об обретении утраченного… всегда окончится победой духа в человеческой истории. Цель прогресса, по мнению Бердяева, заключается именно в данном.

Трагедия заключается в том, что человек стал наслишь зависим от машин, которые он же создал, что он предпочитает более комфорт, чем сближение в социальной среде, где он ощущает себя вполне одиноким. Машины поэтапно вытесняют индивида, и в данном виден необратимый процесс цивилизации. Лишь духовный потенциал может снова вернуть человека к свободе. «Путь окончательного освобождения человека и окончательного осуществления его призвания имеется путь к Царству Божьему, которое имеется не только Царство Небесное, но царство преобразованной земли, преобразованного космоса».